« — Каго любiш? — Люблю Беларусь. — То ўзаемна! »

Новости

Как партийная элита и чекисты построили для себя коммунизм: специальные санатории, дома отдыха, дачи…

Дмитрий Дрозд 25.08.2021

Если в сравнении с руководством районного уровня зарплата простого рабочего бобруйской типографии Сосонкина (110 рублей) была меньше в 4,5 раза, а в сравнении с руководством окружного в 7 раз, то разница с руководством республиканского уровня была почти в 10 раз.

Сколько зарабатывали в 1936 году партийные и советские боссы — часть 1. Районное начальство.

Сколько зарабатывали в 1936 году партийные и советские боссы — часть 2. Окружное начальство.

Сколько зарабатывали в 1936 году партийные и советские боссы — часть 3. Высшее республиканское руководство.

Правда, нужно сразу оговориться, что сама по себе зарплата в советском обществе была важна для непривилегированных слоёв населения, прежде всего, для рабочих, которые не имели иных источников доходов. Крестьяне же вообще за свой труд зарабатывали только трудодни, за которые могли получить (а могли и не получить) натуральные продукты и только небольшую часть деньгами в конце года по итогам прибыли, заработанной всем колхозом.

Но для правящей элиты зарплата хотя, конечно, и была важна (можно было покупать продукты на рынке, питаться в ресторанах и т.п.), но не играла основной роли. Часто куда большее значение имели привилегии: служебное жильё (или возможность получить своё жильё без очереди), дача, служебная машина, охрана, специализированные распределители (где элита получала элитные пайки), столовые, больницы, санатории и прочие радости жизни. Практически, возрастающие по мере подъёма по иерархической лестнице льготы рано или поздно приводили к тому уровню, когда человек жил полностью на всём готовом, т.е. уже почти как при коммунизме. 

Одной из значительных привилегий была возможность власть имущих товарищей, приближенных к власти и членов их семей месяц в году проводить на лучших курортах Крыма и Кавказа. Причем путевки в санаторий для многих категорий людей первого сорта предоставлялись или с большой скидкой или вообще бесплатно. Только согласно номенклатуре на обслуживание санаторно-курортной помощью по специальному управлению Наркомздрава Белоруссии на 1936 г. было выделено 536 курортных мест

Но это только та незначительная часть путевок, которая проходила через элитное специальное управление Наркомздрава Белоруссии. В каждом наркомате, управлении, партийном комитете были свои отделы, которые распределяли путевки. Окончательное решение об отправке в отпуск и выдаче путевок правящей элите принималось на заседаниях бюро ЦК КП(б)Б.

Конечно, среди первых всегда были сотрудники репрессивных органов.

Решение бюро ЦК КП(б)Б о выдаче путевок семье помощника наркома НКВД БССР Якуба Якубовского

Для подтверждения можно привести отрывок из документа, составленного будущим министром МВД БССР, а на момент создания документа (сентябрь 1940 года) заместителем начальника УНКВД по Белостокской области полковым комиссаром Сергеем Бельченко: «…Бесплатно путёвки получают, начиная с помощника оперуполномоченного, помощника инспектора и выше, секретари городских и районных отделов НКВД, старшие техники, техники спецотделов и секретари АХО. Машинистки и все остальные сотрудники должны к путевке доплачивать 20 % стоимости [т.е., надо полагать, 20 % от полной стоимости, — Д. Д.], если получают путёвку в санаторий, 30 % — если получают в Дом отдыха, если иждивенец — 30 %». Отмечу, что помощник оперуполномоченного — это фактически низшая оперативная должность. Так что уже сам факт работы «в органах» давал возможность бесплатно получать путевки. При этом на 1940 год для Белостокского УНКВД было выделено 36 путевок.

Что же касается 1936 года, то только по управлению государственной безопасности НКВД БССР было выдано за год 344 путевки в санатории:  оперативному составу 294,  прочим сотрудникам 18 и членам семей 32 путевки. По управлению Рабоче-крестьянской милиции200 путевок.  По управлению лагерей, трудовых поселений и мест заключения НКВД БССР37 путевок. Отдел фельдъегерской связи получил 49 путевок.

Например, на вторую декаду 1936 года в отделе мест заключения путевки получили: сам начальник 6 отделения ОМЗ Кац, в санаторий, Абхазия, бывший Новый Афон, отправился помощник начальника тюрьмы города Орша Русецкий, в дом отдыха НКВД в Геленджике — помощник начальника тюрьмы гор. Борисова Подолянко. На вторую половину 1936 года путевки получили: дом отдыха, Ялта (1.06-30.06) — уполномоченный тюрьмы г. Орши Зеленков, дом отдыха, Кабардинка (8.06-7.07) — уполномоченный тюрьмы г. Полоцка Товстик, санаторий, Уфа –— начальник тюрьмы г. Мозыря Браун, санаторий, Кабаринка — старший надзиратель тюрьмы г. Минска Карачун, санаторий, Абастумани — начальник тюрьмы г. Полоцка Данишевский, Евпатория — помощник начальника тюрьмы Витебска Стрельцин, дом отдыха, Геленджик – начальник тюрьмы гор. Борисова Розенблюм, дом отдыха, Ялта № 2 (1.10-30.10) — начальник тюрьмы г. Минска Перельман и другие.

Возможность отдохнуть бесплатно в санаториях Крыма и Кавказа было нешуточной привилегий сотрудников НКВД. Такие путевки стоили очень дорого. Например, в рапорте, адресованном заместителю начальника санитарного отдела АХУ НКВД СССР военврачу 2-го ранга Чарнику названа точная стоимость таких путевок: "Нами было переведено 3970 рублей за 3 путевки, предоставленные сотрудникам за наличный расчет (нам было обещано в октябре выслать путевки на указанную сумму): 1) …Переведено 2090 руб.: за путёвку в Кисловодск — 1000 руб., и путёвку в Ялту — санаторий «Ореанда» — 1090 руб. 2) … 1880 руб. за 2-х месячную путёвку в Евпаторию". Напомню, что  простой рабочий бобруйской типографии Сосонкин зарабатывал 110 рублей в месяц. Так что, чтобы съездить в санаторий ему нужно было буквально год не есть (ещё ж нужны и деньги на проезд туда-обратно, да и на карманные расходы, развлечения и т.п.).

Но отвлекусь на несколько секунд от темы, чтобы дать современную картинку 5‑звёздного отеля «Ореанда» с их сайта: «…Белоснежный дворец с бежевыми маркизами, расположенный прямо на набережной Ялты, будто перенесен на Ялтинский променад с картинки модного курорта французской Ривьеры. Этот шедевр арт-нуво, спрятанный в зелени пальм и магнолий — легендарный «Ореанда» Премьер Отель — популярный курорт, уже более 100 лет визитная карточка Ялты. «Ореанда» распахнула свои двери для гостей в 1907 году и с тех пор считалась лучшим отелем в городе. Сохранив атмосферу буржуазного прошлого и Ялты эпохи императоров Романовых, сейчас «Ореанда» Премьер Отель предлагает гостям отдых класса люкс в современном понимании».

Ох, сколько бы лет получил автор этого текста в том самом 1936 году!

Однако курорты и дома отдыха, где отдыхали счастливые советские граждане не были тем местом, где можно было расслабиться. НКВД вел очень активную работу в таких местах, ожидая, когда расслабленный отдыхающий, выпьет лишку и взболтнёт лишнего. Например, в справке на командира транспортного эскадрона 96-го кавалерийского полка лейтенанта Рузанова Александра Петровича, 1904 г. р., среди прочего компромата значилось: «В июле месяце 1933 года Рузанов, будучи на курорте в Ялте среди отдыхающих командиров РККА идеализировал контрреволюционера Троцкого, приписывая ему заслуги перед ВКП(б)».

В деле-формуляр (один из видов дел, которые велись чекистами на разрабатываемых ими людей) собран весь имеющийся в особом отделе компромат на младшего ветеринарного врача 95 кавалерийского полка Георгия Васильевича Попова, 1904 г. р., Среди прочих донесений осведомителей вроде «Безграмотный мягкотелый помощник командира полка получает 600 рублей, а я — специалист с высшим образованием получаю гроши», «В армии все тупицы, некультурные, вся их наука (кавалеристов) рассечь человека клинком от ушей до пят», «Я сижу со свечой и ем ржаную булку. Как живем в сырых подвалах, так и будем в них жить», зафиксировано: «Говоря об испанских событиях, в доме отдыха "Гнездово" в городе Смоленске говорил: «Теперь для меня понятно, что значит длительная командировка, и почему так долго держится Мадрид. А ещё СССР обвиняет Германию и Италию в поддержке мятежников. Фактически СССР уже воюет в Испании. Ещё сами вволю не покушали хлеба, а начинаем воевать».

Кроме отдыха на курортах Крыма и Кавказа, сотрудники НКВД получали путевки «выходного дня» в местных санаториях и домах отдыха. Правда, вели там далеко не всегда подобающим образом. Об этом даже пришлось поднимать вопрос «О путёвках, получаемых в однодневный Дом отдыха» на партийном собрании 27 июля 1939 года. О чем докладывал парторг Светлов: «Имеются случаи со стороны отдельных работников о недостойном их поведении в доме отдыха: напиваются пьяными, бьют там посуду, безобразничают и т.д. Считаю, что надо раз и навсегда прекратить эти безобразия, дискредитирующее нас, как сотрудников органов НКВД. Тоже самое можно наблюдать со стороны некоторой части сотрудников НКВД и при помещении общественных мест: садов, театров и т.д.».

В заявке на 1941 год санитарный отдел НКВД БССР запросил 722 путевки, из которых только в местных санаториях предполагалось купить только 4 путевки. Среди остальных самым популярным был санаторий Сочи-Мацеста (160 путёвок), Крымские санатории (62) и Кисловодск (60). Всего же в списке было более 40 пунктов, среди которых курорты, санатории и дома отдыха городов Ессентуки, Железноводска, Южного берега Крыма (санатории для лечения туберкулеза открытого и закрытого типов), Севастополя, Евпатории, Черноморского побережья Кавказа, Абхазия, Сухуми, Одесса, Боржоми, Трускавца и другие.

Открывались новые санатории и дома отдыха и в Беларуси. Кроме тех, что были предназначены для всех, уже в 30-40-х годах ХХ века появлялись те, куда попасть могли только люди первого сорта – санатории спецназначения. Один из них был открыт на отнятой у моих предков земле в Дроздах. Ещё до революции прадед моего деда Павел Дрозд, родившийся ещё при крепостном праве, купил землю около Минска, где со временем появился своеобразный дачный посёлок. Мои предки построили гостевые домики, куда с удовольствием приезжали жители Минска. Какое-то время эти дачи работали и после прихода к власти большевиков. За что мои предки платили самые большие налоги в своем сельсовете. Созданный моими предками курорт очень понравился большевикам и после «разоблачительной» статьи в газете «Рабочий» (та газета, что в 1937 году стала называться «Советская Белоруссия» и до сих пор пишет в стиле 1937 года) четыре семьи Дроздов были «раскулачены»  — т.е. ограблены и высланы для уничтожения в Архангельские леса. Сначала дачи отдали детям и там был создан пионерский лагерь. Но скоро на карте 30-х годов в Дроздах появился новый объект «Дачи ОГПУ» (после, НКВД, а после войны – Совета министров). Кстати, именно такими дачами, куда доступ простым людям был закрыт, иногда маскировали места массовых расстрелов.

Другой санаторий спецназначения был открыт в городе Борисове на месте бывшей усадьбы сначала магнатов Радзивиллов, а потом императорской фамилии Романовых. Именно там в 1812 году ночевал Наполеон. По предположению некоторых историков там же в 1941 году прошло судьбоносное заседание ставки Гитлера с участием самого фюрера, когда было решено вместо продолжения наступления на Москву сначала захватить Ленинград и Киев. До войны здесь работал санаторий спецназначения для членов ЦК КП(б) Белоруссии. Разгульный образ жизни директора этого санатория — члена КП(б)Б Израиля Эммануиловича Герчикова — это тема отдельной статьи.

Был подобный райский уголок победившего коммунизма и в Большой Слепянке. Там находился Дом отдыха ЦК КП(б)Б «Слепянка» и дачи Центрального исполнительного комитета БССР. На их примере можно показать, что содержание подобных специальных объектов обходилось народу в сотни тысяч рублей в год. И пока простые рабочие часами стояли в очередях за хлебом, партийные боссы выбрасывали десятки тысяч рублей на оборудование бильярдных, будок для охраны и заборы. На постройку 10 новых дачных домиков в только в  Большой Слепянке выделялось 150.000 рублей (практически, это месячная зарплата более чем тысячи Сосонкиных). Только один сезон 1936 года для благоустройства, отдыха и постройки новых домиков в Большой Слепянке обошёлся, как это принято говорить в капиталистических странах, налогоплательщикам в 350.000 рублей.

Открытие своего санатория в бывшей усадьбе Радзивиллов и Романовых в Борисове не единичный пример любви партийной элиты к роскоши уровня членов императорской семьи и бывших магнатов. Так, решением бюро ЦК КП(б)Б от 20 января 1940 года — замок Радзивиллов в гор. Несвиже был передан в ведение НКВД БССР. Там в 1944 году был открыт ещё один специальный санаторий, который работал вплоть до 2001 года.

В реальности на содержание себя любимой партийная и чекистская элита тратила миллионы народных денег, создавая для себя настоящий коммунизм. Например, в том же 1936 году кроме уже указанных выше средств было выделено ещё 550.000 рублей Управлению делами ЦК КП(б) Белоруссии на строительство дач.

Такие же огромные средства выделились на дотации специальным столовым и т.п. Обращу внимание, что подобные решения принимались не просто под грифом «Совершенно секретно», но и вообще хранились в «Особой папке», т.е. защищались высшим уровнем секретности. Простые советские граждане никогда не должны были узнать эту информацию, как и жизнь, скрытую от них за заборами.  

Впрочем, в той же Особой папке мы обнаруживаем то, что  можно назвать вишенкой на торте во всей этой истории с построенным для себя коммунизмом. Когда партийным и чекистским боссам нужно было особое лечение, которое им не могли предложить лучшие доктора СССР, товарищи не просто за народные деньги, а за валюту отправлялись... в загнивающие капиталистические страны в лучшие лечебницы и санатории.

Так в 1936 году секретарь ЦК КП(б)Б Д. И. Волкович был по рекомендации врачебной комиссии в составе профессоров С. М. Мелких, Е. Л. Маршака, Л. Я. Ситермана и доцента Е.И. Ярославского под председательством председателя Белорусской лечебной комиссии (элитное закрытое лечебное заведение только для людей первого сорта) доктора И. М. Ниссенбаума решением бюро ЦК отправлен на лечение за границу. Ему была рекомендована консультация у соответствующих специалистов в Вене и климатическое лечение на одном из курортов Австрии. Вместе с ним та же комиссия отправила для специального исследования в Вену и лечения на курорте Карлсбад (Карловы Вары в Чехии) наркома внутренних дел Белоруссии Леплевского.

Каким образом и под какими фамилиями не просто коммунистические лидеры, но и руководители НКВД попадали в капиталистические страны наверняка может стать темой отдельного расследования.

И эта информация, безусловно, могла бы быть концом этой статьи, но завершить её невозможно без маленького постскриптума.

Упоминаемые выше в документах о предоставлении им путевок на курорты: Казимир Францевич Бенек — заместитель председателя СНК БССР (1930—1934), нарком сельского хозяйства БССР — арестован 25 мая 1937 г. и расстрелян 13 февраля 1938 г. Иван Иванович Лейзер — бывший секретарь партколлегии при ЦК КП(б) Белоруссии, делегат ХVII съезда ВКП(б) — арестован 14 июля 1938 г., приговорен: ОСО по ряду статей, в том числе и якобы за  связь с немецкой разведкой к 8 годам ИТЛ, конфискации имущества и умер в лагере 03.08.1943. Наум Исаакович Литвин — 2-й секретарь Минского горкома партии — арестован 11 декабря 1937 г. и расстрелян 28 июня 1938 г. Товарищ Волкович был арестован, обвинен в работе на западные разведки и расстрелян 27 ноября 1937 года. А товарищ Леплевский признал себя виновным в «участии в контрреволюционной организации правых в Украине и Белоруссии в должности наркома НКВД… работе по инструкциям и указаниям польского агента Косиора С. В.» и был расстрелян  28 июля 1938 г. Такую цену заплатили эти товарищи за кратковременную жизнь в коммунистическом раю.

Белорусский документационный центр