Самый нелепый побег из Минского тюремного замка

   Трое арестантов, распив во время общественно-полезных работ несколько бутылок водки, отправились в город за добавкой

 Побег, произошедший 10-го июня 1909 года, пожалуй, имеет право претендовать на звание самого нелепого побега за всю историю Минской тюрьмы. Хотя случай был, вовсе, не рядовой – из замка сбежали сразу три узника. 

В этот день две группы арестантов вышли из ворот тюрьмы на внешние работы. Сопровождали их два надзирателя Георгий Ипполитович Дудко и Мартин Осипов Ковнацкий. Одна группа отправилась на пилку дров, а вторая в тюремный сад, посыпать песочком дорожки и ухаживать за деревьями. По сути, это всё что мы можем сказать достоверно, потому что дальше версии каждого из участника событий начинаются расходиться или в мелочах, или даже в важных моментах (впрочем, даже показания одного человека на двух допросах отличаются весьма существенно). Хотя бы в таком принципиальном как, сколько арестантов было в каждой из групп арестантов. Ковнацкий утверждал, что он сопровождал 6 человек, а Дудко, что у него было 8 работников. Всё бы ничего, если бы при выходе из тюрьмы охранник Сергей Антонов Курлович, не записал на доске общее число арестантов (фамилии работников, а также, кто в какой бригаде, не записывались), вышедших из замка: 15. Уже на этой стадии выходило, что «потерялся» один человек. Каждый из охранников перечислил тех арестантов (у Ковнацкого это были: 1. Артемий Аринич, 2. Александр Шкодин, 3. Павел Лабода, 4. Андрей Фурс, 5. Григорий Саевич и 6. Юстин Григорцевич), кого он сопровождал, и выходило, что ни один из надзирателей не караулил Ивана Андреевского.

Он и стал главным действующим лицом этой комедии, прихватив с собой в бега Аринича и Шкодина. Но отсутствие этой троицы было обнаружено только в 7 часов, когда уже нужно было вести арестантов в тюрьму. К этому моменту Дудко уже привёл всех своих 8 арестантов в тюрьму и сдал их надзирателю Адаму Антонову Захаревичу. Ковнацкий же заметил:

«Что из этой партии, неизвестно куда, скрылись из сада арестанты Шкодин и Аринич. От прохожих по ближайшему к тюрьме, так называемому, Затюремному переулку узнал, что, действительно, по этому переулку пробежали три каких-то молодых парня в арестантских костюмах». 

Один из беглецов, арестант Александр Шкодин работал в группе Ковнацкого и утверждал, что в его группе хотя и было 7 человек, но Андреевского среди них не было – тот работал на дровяном дворе. Часов в 5 дня Андреевский пришёл к ним в сад и… принёс водки, которую они и разделили на троих, пригласив к себе Артемия Аринича. Потом на допросе Шкодин показал: 

«Выпив водку, им захотелось выпить ещё, тем более, что у Андреевского были деньги, с этой целью через находящиеся в саду форточки они перелезли и пошли втроём вниз по улице Трубной, зашли к еврейке, выпили ещё водки, к какой еврейке и на какой улице, Шкодин был настолько пьян, что не помнит». 

Потом Шкодин отправился обратно в тюрьму, но по дороге его задержали.

Сам Андреевский на первом допросе после поимки показал, что он не обрабатывал дорожки, а пилил дрова (впрочем, показания его были путанные и противоречивые). Ещё перед обедом Андреевский выпил полбутылки водки, которую «достал через проходящую публику». После обеда он, имея 3 рубля, зашёл в гости в сад к Шкодину и Ариничу и раздобыл ещё 2 бутылки водки, которую они и распили на троих. На другом допросе Андреевский изложил немного другую, более подробную версию произошедшего:

«В рабочей команде он состоит около трёх недель. 10-го июня он находился на хозяйственных работах в саду (неизвестно, почему он поменял показания), откуда посылал за водкой Шкодина, который принёс полбутылки. Эту водку они выпили втроём. После этого он послал ещё за 1,5 бутылками водки какого-то вольного человека, привозившего на двор тюремного дома бревно. Водку выпили. После чего, опьянев, они решили уйти. Из сада они вышли через забор, около вновь строящегося костёла. Деньги на водку давал он, выходя на работу, он пронёс с собой 3 рублёвую бумажку, спрятанной в опушке шароваров, так что, при обыске привратник этих денег обнаружить не мог». 

Наверно, Андреевский был пьян менее Шкодина, ибо запомнил, что они шли не по какой-нибудь Трубной, а чуть ли по центральной улице Минска того времени – по Захарьевской, с намерением зайти в пивную. Но там они напоролись на помощника полицмейстера. И здесь мы можем сменить ракурс и дать слово самому полицейскому.

Около 10-ти с половиной вечера помощник минского полицмейстера Теляковский,

«проходя по Захарьевской улице, на углу Садовой, вблизи городской водокачки заметил выходящими из Губернаторского сада троих молодых людей, из которых один был одет в форму ученика городского училища (чёрная блуза, штаны и фуражка со знаком) и на вид ему лет 15-16; двое других с виду 20-22 лет и одеты в форму арестантов: один в белый холщевый пиджак и такие же штаны, а другой в такие же штаны и серую куртку».

Именно так! Наша троица шла навеселе по главной улице Минска, и при этом двое из беглецов были в арестантской одежде!

Естественно, полицейский бы и так не пропустил их мимо, а здесь он уже был оповещён о побеге трёх арестантов, и поэтому он «предложил им остановиться». Гуляки бросилась бежать по направлению к Захарьевскому мосту.

Похоже, что Шкодин, действительно, был настолько пьян, что не смог бежать и был тут же схвачен. Проходивший мимо полицейский стражник, а также городовой Степанов, стоявший на посту при духовной консистории, помогли доставить беглеца в полицейское управление. На вопрос о двух его товарищах Шкодин ответил, что «один из убежавших был Алексей Антонович (фамилии не знает), а другого в форме ученика он вовсе не знает, так как встретил его случайно в губернаторском саду». После допроса Шкодина отвели обратно в тюрьму, на что начальник замка выдал документ: 

«Даю сию расписку в том, что задержанного сего числа помощником минского полицмейстера Теляковским бежавшего из тюрьмы арестанта Александра Шкодина получил».

Проще всего пришлось беглецу Андреевскому – так как он был минским мещанином. По Коломенскому переулку он пробрался к себе на квартиру. В тюрьму возвращаться побоялся и переночевал у себя в саду. На следующий день он

 «пошёл за железную дорогу и бродил по окрестностям города Минска и 14-го июня был задержан агентом сыскного отделения».

Из показаний Андреевского выходит, что по окрестностям Минска он бродил 3 дня. 

Артемий Аринич тоже был в группе надзирателя Мартина Ковнацкого и подтвердил, что было их 6 человек, и в их числе Андреевского не было. Он пришёл в сад со двора и принёс 2 бутылки водки (где раздобыл – Шкодин не знает), и, распив водку втроём, Андреевский предложил ещё выпить, и Аринич

 «Был уже настолько пьян, что не осознавая ничего, согласился».

После этого они пролезли в форточку забора и пошли по улице Торговой. По дороге «заходили к какой-то еврейке выпить, но, на какой улице и где, не помнит». Этот поход по пивным Минска уже на суде дополнился такой интересной деталью, оказывается, что в поисках водки «они поехали на извозчике в Архиерейскую слободу». Потом все трое пошли по Захарьевской улице «с намерением выпить пива и пойти обратно в тюрьму», где, как мы уже знаем, напоролись на Теляковского. Аринич «испугался и бросился бежать под Захарьевский мост, где и ночевал на берегу реки, а возвратиться обратно в тюрьму, боялся и пошёл бродить без всякой цели по улицам, и был задержан на Торговой улице старшим городовым 2-й части» Ермолаем Миськовым. 

Казалось бы, дело можно закрывать – беглецы пойманы, но как бы ни был нелеп этот побег, а найти виновного в нём был необходимо. Поэтому после поимки беглецов главная цель проводимых допросов сводилась к определению вины надзирателя Мартина Ковнацкого.

17 ноября 1909 года в 12:50 началось заседание суда. Подсудимый Ковнацкий не признал себя виновным. После того, как были выслушаны все свидетели и закончены судебные прения, товарищ прокурора заявил, что он отказывается от обвинения. Приговор суда, был вполне предсказуем, на вопрос «виновен ли надзиратель Ковнацкий в побеге трёх арестантов», был дан ответ: нет, невиновен.   

Автор: Дмитрий Дрозд

Статьи по теме

  • 23.05.2015

    12 неизвестных фактов из истории «Володарки» (часть первая)

    Дмитрий Дрозд СИЗО №1 города Минска – место, где на стадии следствия содержалось большинство белорусских политических заключённых (в том числе и... Читать далее

  • 29.05.2015

    12 неизвестных фактов из истории «Володарки» (продолжение)

    (Начало)  Дмитрий Дрозд Уделим внимание Рудольфу Пищалло, взявшему 200 лет назад подряд на строительство Минской тюрьмы. О нем тоже ходило много... Читать далее

Обратите внимание

Полезное видео

Публичный источник пополнения базы данных нарушения прав человека в Республике Беларусь
Заполните форму на нашем сайте. Пришлите ее нам. Собираем документы вместеПодробнее
15 лет и полное молчание

Наши партнеры