Николай Автухович: Мы уже не рассчитываем на то, что нас кто-то услышит

В интернете создана петиция в поддержку гимназиста Доната Скакуна, которого суд приговорил к 8 годам лишения свободы за нападение на учительницу 74-й гимназии Валентину Губаревич. Верховный суд оставил приговор без изменений.

 

Белорусский документационный центр" поговорил с инициатором кампании в защиту Доната Скакуна, бывшим политзаключенным Николаем Автуховичем.

— В интернете создана петиция в защиту Доната Скакуна, на сегодняшний день ее уже подписали более 1240 человек, какая цель у этой петиции?

— Мы не рассчитываем уже на то, что нас кто-то услышит: власти делают всё, чтобы изобразить из Доната преступника. И это делают все: и Следственный комитет, и прокуратура, и суды. Это видно по их ответам —  мы им указываем на нарушения, указываем на алиби Доната... Они нас как будто не слышат. Поэтому, я уверен, что никакие жалобы нам не помогут, решить вопрос оправдания Доната. Этой петицией мы хотим объединить общественность в борьбе вот с таким произволом. В петиции родные Доната просят создать независимую комиссию, которая разберётся во всех нестыковках. Чтобы это была комиссия из разных ведомств с привлечением общественности. Это должны быть независимые эксперты, которые не имеют отношения к власти, чтобы не было предвзятого отношения.

 Вот, например, журналист задаёт вопрос представителю СК, на пресс-конференции: «Расскажите хронологию событий…» (а из неё выходит, что Донат не мог успеть совершить преступление). Представитель СК говорит, что Донат зашёл в гимназию во столько-то и вышел во столько-то, в этом промежутке он мог совершить преступление. Ребята, а где всё остальное? У вас есть подробная хронология событий? — Представитель СК говорит, что она у них есть: «Но мы вам её не покажем». Понятно, что ничего у них нет. Мы их поймали. Они сделали Доната виноватым искусственно. Даже в их документах есть доказательства невиновности Доната: в 8:20 в классе ещё была другая учительница, т.е. до 8:20 преступление не могло быть совершенно. Есть рапорт, в котором говорится, что в 8:20 Донат встретился с одноклассником, и они были вместе последующее время. Так, когда Донат мог совершить преступление, которое, по словам Губаревич, длилось 20 минут? Так покажите нам хотя бы 5 минут, за которые Донат мог совершить это преступление!

— За время проведения кампании в защиту Доната оказывалось давление на активистов кампании?

— Мне довелось в Американском посольстве встретиться с председателем СК Носкевичем И.Д.. Он сказал журналистам: «Я хотел бы посмотреть в глаза этому Автуховичу». Журналисты мне рассказали об этом. Я подошёл к нему. В разговоре я начал приводить доказательства невиновности Доната. На что он мне только отвечал: «Я верю своим сотрудникам». Я продолжал говорить о нестыковках, приводить доказательства... Он мне сказал: «Я вас еще найду». На что я ему ответил, что не сомневаюсь в способностях СК. 

Вот только вопрос, для чего он меня собирается искать? Чтобы выслушать мои доводы и справедливо разобраться в деле? Или, чтобы «наказать» за правду? Ведь, благодаря кампании в поддержку Доната, представлению нами в открытый доступ доказательств его невиновности (хронология событий, документы, экспертизы, показания свидетелей, протоколы), общественность смогла убедиться, что Донат не виновен, а СК или некомпетентен или они умышленно делают из Доната преступника. Кто же захочет признать себя некомпетентным или признаться в должностном преступлении с использованием служебного положения? Также неоднократно угрозы звучали от представителей СК и представителей Верховного суда, через СМИ — обещали «разобраться» с нами.

— Как себя сейчас чувствует Донат?

— Как себя может чувствовать мальчик, который ничего не совершал, которого незаконно посадили в тюрьму? Но он молодец. Сдал экзамены за 9 класс на одни девятки, его сразу перевели в 10 класс. Получает много писем со словами поддержки. Держится стойко — понимает, что это «система», что только благодаря такой власти и в СК, и в других ведомствах творится такой бардак и беззаконие — все исполняется по приказу. Они же (СК, суд) знают, что Донат не совершал это преступление. Даже если мы принесем им видеозапись того, что Доната не было в кабинете Губаревич — мы ничего не сможем доказать, всё решено. Сейчас мы ждём ответ от председателя суда, на жалобу. Иллюзий не питаем...

Поэтому, нами открыты счета «Фонд Доната Скакуна» — мы будем нанимать детективов, выкупать информацию у кого нужно (носителей информации, как оказалось, очень много — но они опасаются репрессий). К примеру, недавно нам стало известно, что оперативниками утром того дня был изъят канцелярский нож для резки бумаги. Но он внезапно исчезает из дела, а появляется совершенно другой нож, которым со слов Губаревич, невозможно нанести такие ранения, как у неё. А вот канцелярский нож очень подходит. Мы думаем, что на ноже была кровь Губаревич и её отпечатки — она сама себе могла легко нанести аккуратные порезы канцелярским ножом. Я готов даже провести эксперимент: берётся канцелярский нож и прикладывается к коже — особых усилий прикладывать не надо, кожа сама разъезжается. Именно такие раны были у Губаревич. А таким ножом, как описала Губаревич, — тонко и аккуратно рассечь кожу просто невозможно. Тем более, она на суде кричала, что ее «рубили как капусту». Это просто невозможно!  Таких аккуратных и поверхностных надрезов не может быть. Я готов это продемонстрировать на себе, если будет нужно. Это понимают даже простые люди, но не следователи с прокурорами, ни судьи.

Смотрите по теме дела Доната Скакуна наши статьи:

Дело Доната Скакуна: полная хронология событий

Дело Доната Скакуна: приговор

Данные экспертизы в деле Доната Скакуна: кровь неустановленного мужчины (документы)

Апелляционная жалоба по делу Доната Скакуна (полный текст документа)

Характеристики на учительницу В. Губаревич, на которую якобы напал гимназист Донат Скакун

Белорусский документационный центр

Обратите внимание

Полезное видео

Публичный источник пополнения базы данных нарушения прав человека в Республике Беларусь
Заполните форму на нашем сайте. Пришлите ее нам. Собираем документы вместеПодробнее
15 лет и полное молчание

Наши партнеры