Прошли дожинки в «милицейском подразделении с сельхозуклоном». Эксперимент удался?

Автор: Александр Купченя

Как сообщает пресс-служба МВД: ‘‘Первые «Дожинки» прошли в подшефном хозяйстве МВД «Хутор-Агро», министр внутренних дел Игорь Шуневич лично поздравил работников хозяйства’’.

Эксперимент, о котором пойдёт речь, начался менее года назад, когда в структуре Министерства внутренних дел появилось особое подразделение: сельхозпредприятие, предназначенное для трудоустройства и ресоциализации бывших осуждённых. На днях в РСУП «Хутор-Агро», расположенном в Светлогорском районе прошли традиционные белорусские дожинки, и присутствовавший на празднике министр внутренних дел Игорь Шуневич торжественно сообщил представителям СМИ: «Эксперимент удался!». Тем самым, надо полагать, был дан старт дальнейшему распространению и внедрению опыта экспериментального сельхозпредприятия. В связи с этим возникает интерес к реальным результатам данного эксперимента, его преимуществам и недостаткам.

Взгляд на ситуацию, как обычно, возможен с двух сторон. С точки зрения государства в лице МВД преимущества такой формы ресоциализации бывших «зэков» очевидны: контингент остаётся под присмотром, далеко не разбегается, трудится в страхе и не настаивает на повышении заработной платы. К тому же, трудоустроены не только бывшие осуждённые, но и сотрудники МВД, чьи зарплаты превышают заработки тех, за кем они приглядывают и наверняка не зависят напрямую от урожайности и удоев.

С другой стороны, обращает на себя внимание тот факт, что наряду с 8 бывшими осуждёнными в «Хутор-Агро» трудоустроили 60 лиц, содержавшихся в ЛТП, которые были направлены в экспериментальное хозяйство принудительно. Тем самым, уже свободных юридически людей фактически приравняли к несвободным. Так что подобный способ трудоустройства напоминает не ресоциализацию, а, скорее, замену режима отбытия наказания на некую разновидность, которая мягче той, что была назначена по приговору суда. К тому же возникает риск появления своеобразного гетто для людей, прошедших через систему мест несвободы, являющихся носителями особой субкультуры и придерживающихся специфической системы ценностей. Продолжая жить в социальной среде, напоминающей ту, в которой они провели долгие годы, эти люди вряд ли смогут быстро изменить свои привычки и ценности. Таким образом, вместо помощи для полноценного возвращения в обычную жизнь государство предложило людям, вышедшим из мест несвободы суррогатный вариант всё той же несвободы в условиях уже привычного им замкнутого сообщества.

Справедливости ради необходимо сказать, что в «Хутор-Агро» успешно трудятся не только те, кто освободился из мест несвободы или был направлен из ЛТП. До перехода в ведение уголовно-исполнительной системы МВД это было вполне успешное сельхозпредприятие в Светлогорском районе, где работали обычные сельские труженики, которых однажды вдруг поставили перед фактом, что их коллегами и соседями станут бывшие осуждённые и «элтэпэшники». Нетрудно предугадать их первую реакцию на эту информацию. И это тема для дополнительного изучения, поскольку отношения местного населения и вновь прибывших на ресоциализацию могут складываться по-разному в силу наличия предрассудков и социальных стереотипов, с учётом риска возникновения взаимных претензий и конфликтных ситуаций. Кто-нибудь в МВД просчитывал варианты развития подобных ситуаций?

Вместе с тем, ресоциализация людей, освободившихся из мест несвободы, — длительный, сложный и многоступенчатый процесс, требующий взаимных усилий самих бывших осуждённых и общества, в которое они возвращаются. Нужны серьёзные государственные программы, которые не могут ограничиваться обычной передачей колхоза в подчинение МВД. Зарубежный опыт показывает, что ресоциализация осуждённых должна начинаться ещё в стенах исправительного учреждения. Например, в пенитенциарной системе Германии осуждённый имеет возможность зарабатывать до 8 евро в час, что даёт ему возможность за время отбытия наказания накопить ресурсы, достаточные для последующей комфортной интеграции в обычную жизнь. А может ли МВД Беларуси похвастаться высоким уровнем зарплат осуждённых в местах несвободы?

Как видим, эксперимент далеко не завершён, а только начинается. Если говорить о его преимуществах, то о них пока можно рассуждать чисто гипотетически. А вот недостатки лежат на поверхности и вызывают серьёзные сомнения в том, что рассылка бывших осуждённых в колхозы и совхозы, где они будут радостно трудиться под присмотром милиции, является лучшим средством их возвращения к полноценной жизни в социуме.

Министр внутренних дел Игорь Шуневич во время посещения КСУП «Хутор-Агро», фото "Беларусь Сегодня"

 

Александр Купченя

«Белорусский документационный центр»

 

Обратите внимание

Полезное видео

Публичный источник пополнения базы данных нарушения прав человека в Республике Беларусь
Заполните форму на нашем сайте. Пришлите ее нам. Собираем документы вместеПодробнее
15 лет и полное молчание

Наши партнеры