Где в Минске погибло людей больше, чем в "Бухенвальде"?

Автор: Дмитрий Дрозд 

11 апреля во всем мире ежегодно отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей в память о погибших и выживших. Эта дата была выбрана и утверждена ООН в память об интернациональном восстании узников концентрационного лагеря Бухенвальд, которое произошло 11 апреля 1945 года. Концлагерь «Бухенвальд», про который в советское время была написана пронзительная песня, стал символом человеческого страдания и бесчисленных жертв нацизма.

Но смогут ли жители Минска ответить на вопрос: где в нашем городе погибло людей больше, чем в Бухенвальде?

Первая половина кровавого ХХ века приучила нас к большим человеческим жертвам. Вряд ли кто-то подсчитает десятки миллионов погибших в результате Первой и Второй мировых войн, десятков гражданских, а также жизни, унесённые бесчеловечными социальными экспериментами и битвой за мировое распространение идей нацизма и коммунизма. 

В Беларуси так и не удалось подсчитать ни жертв большевистских репрессий, ни жертв Второй мировой войны. В последнем случае разбежка находится между «каждым третьим» и «каждым четвертым», что может составить около полмиллиона человек! И это о том времени, когда одним из девизов государства было «Никто не забыт, ничто не забыто!».

Тысячи, десятки и даже сотни тысяч жертв оставляют нас безразличными. Это оттого, что никто из нас не в состоянии представить масштабы этой катастрофы. Да и были и есть сейчас, как бы это кощунственно не звучало, жертвы высшего сорта и жертвы второго сорта. Например, в СССР чествовали героев, а к военнопленным относились стыдливо, вспоминали неохотно, а попавший в плен боец должен был всю оставшуюся жизнь носить это клеймо. По данным Министерства обороны РФ, опубликованным в 2005 году, во время Великой Отечественной войны всего в плен попали 4,559 млн. советских военнослужащих, по немецким — около 5 млн. Это половина населения современной Беларуси! И представить это невозможно… Вот если бы прошли они мимо нас – в дырявых шинелях, в деревянных башмаках, лаптях, а то и босиком, в лохмотьях, измученные и истощенные... Сколько бы месяцев продолжался этот скорбный парад?

Среди причин такого космического количества пленных можно назвать и преступное бездарное руководство «великого полководца». И ту ситуацию, которая сложилась в СССР накануне войны. Вряд ли в советском союзе была хоть одна семья, которую не коснулись сталинские репрессии. В том числе и целенаправленные репрессии против армии. И у миллионов людей были все причины ненавидеть власть большевиков и желать её уничтожения. Многие просто сразу не разобрались, что на смену большевизма идёт такая же бесчеловечная система – нацизм.  Кто-то добровольно сдавался, не желая воевать за большевиков, кто-то расстреляв все патроны, кто-то в окружении, кто-то в бессознательном состоянии... Но ко всем им Сталин относился как к предателям, считая, что они должны пустить себе последнюю пулю в висок. Поэтому он в своей бесчеловечной жестокости не сделал ничего, чтоб хоть как-то облегчить положение военнопленных, обрекая их на смерть (в том числе и своего сына Якова Джугашвили, который попал в плен как раз в Беларуси около Лиозно 16 июля 1941 года). На территории Беларуси 1941-44 годах погибли более 810 тысяч военнопленных.

В Беларуси и даже в самом Минске есть места, где на памятниках ужасающие пятизначные числа. Впрочем, когда видишь число 80.000, кроме ужаса от этого количества человеческих жизней должен возникнуть закономерный вопрос: а почему именно столько? Почему не 82.245 или 78.876? Почему такое круглое число? Если никто не забыт, то почему там четыре нуля? Неужели так никто и не пробовал подсчитать реальное число жертв, а просто определился с их порядком?

И это вовсе не отвлеченный пример, а вполне конкретное место. Именно такое количество погибших значится на памятнике, установленном на месте захоронений лагеря для военнопленных в Масюковщине (в немецкой терминологии Stalag, или Шталаг, № 352). Этот лагерь один из самых крупных на территории Беларуси, и действовал он почти всё время оккупации. В итоге: невероятное число жертв. Сейчас пишут уже о более чем 80.000 (для сравнения, в одних из самых известных нацистских лагерей смерти, вызывающих ужас одними своими названиями, в Бухенвальде уничтожено 56.000, Дахауоколо 70.000 человек). Основные захоронения находятся на кладбище лагеря, где в июле 1944 года Минской областной комиссией содействия Чрезвычайной государственной комиссии СССР по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков (ЧГК) были выявлены 197 могил. Здесь в 1965 году создан мемориал с Вечным огнём. Но захоронения есть и на территории самого лагеря, а теперь жилого квартала. Там в прямом смысле слова благодарные потомки строили и строят на костях жертв войны.

К 20-летию Победы в Масюковщине на кладбище построен Мемориал с Вечным огнем и безымянными могилами

По лагерю сохранилась документация, которая позволила не только определить количество за некоторые периоды, но даже установить поимённо с полными установочными данными всех погибших. Сразу после освобождения осенью 1944 года на территории лагеря (который не сразу стал бывшим — он стал лагерем для военнопленных уже немецких) были обнаружены два ящика, с сотней документов. Это были как раз журналы регистрации военнопленных с их данными, акты на умерших и другая статистика. В итоге удалось точно установить данные и судьбы 9425 человек.

На пике переполненности лагеря в самом начале войны количество военнопленных доходило до 130–140.000 человек. Смертность была порядка 175 пленных в день, а эпидемия тифа в ноябре-декабре 1941 года унесла 25.000 жизней. С октября 1941 до апреля 1942 — 55.000 человек. К лету 1942 года количество военнопленных сократилось до 8–10 тысяч, а через год, летом 1943 года, составляло от 2,5–3 до 5–6 тысяч.

На довоенных картах военного городка и на схемах, составленных бывшими узниками Шталаг-352, можно насчитать порядка 38 жилых и хозяйственных построек. После войны лагерь ненадолго превратился в лагерь НКВД №168, где находились немецкие военнопленные, а потом в него вернули воинскую часть и военный городок.

Задача сохранить один из крупнейших в СССР лагерь военнопленных в едином музейном комплексе, как это было сделано в Европе в лагерях смерти Аушвиц-Биркенау в Освенциме, Собибор, Майданек, Гросс-Розен, Штуттгоф, Бухенвальд, Заксенхаузен, Равенсбрюк и др. перед коммунистами не стояла. Не тот сорт жертв. Поэтому к лагерю относились совершенно без трепета. Что-то сносили, много строили. Например, в 1952 году вместо барака № 7 построили новую казарму.

Здание новой казармы - тоже памятник сталинской эпохи

Последние уничтожения были совсем недавно.

В итоге на сегодня можно говорить всего о 6 сохранившихся зданиях. Среди них такое капитальное, как трехэтажное здание бывшего лазарета (недавно было сильно повреждено в результате пожара). Используется как жилой дом бывшее общежитие офицеров (во время войны здесь была администрация лагеря). Сохранилась и автомастерская, из которой военнопленные смогли совершить побег на двух броневиках (чем не сюжет для белорусского художественного фильма про войну? Тем более, что побег был успешным, и его участники после воевали в партизанах). Часть зданий эксплуатируется, сдаётся фирмам под офисы и склады (бывшая солдатская столовая), часть пустует, разрушается.

Здание бывшей столовой

Здание бывшей автомастерской, откуда был совершён побег на двух броневиках

Здание бывшей казармы, а потом лазарета 

Здание бывшего офицерского общежития, а после администрации лагеря

 Территория лагеря, практически пустырь, представляет лакомый кусок для застройщиков (отсюда на электричке до центра Минска около 10 минут, есть все коммуникации, сносить большие дома и переселять людей не надо), и, похоже, они давно имеют на неё свои виды. И делается это, не особо заморачиваясь на теме сохранения памяти о войне и её жертвах.

 На территории бывшего Шлалага-352 всё готово для строительства жилого квартала

Впрочем, в современной Беларуси сводки о потерях значительных исторических памятников приходят к нам почти каждую неделю со всех уголков нашей страны. И здесь, как всегда и везде, только несколько небезразличных активистов, объединившись в инициативу «Сохраним Масюковщину», ведут борьбу за наше историческое наследие. Правда, при таком соотношении сил и средств, исход этой битвы предсказуем.

Официальная позиция властей, озвученная в «Советской Белоруссии»: «Минск должен жить и развиваться. Но где? Он буквально пронизан бывшими лагерями смерти: Масюковщина, Дрозды, Тростенец, Переспа, Новинки, Шашковка… Естественно, такие места нужно обозначать. Это не значит выделять огромные территории и запрещать там строительство. Но места массового уничтожения должны быть отмечены. В центре бывшего лагеря предполагается разбить мемориальный сквер. Как он будет выглядеть и появится ли там некий мемориал, еще предстоит продумать в проекте реконструкции этого места. Все как положено: никто не забыт, и ничто не забыто». Вот так вот: места нужно обозначить, но их слишком много в Минске, чтоб запрещать там строительство. И вопрос: «появится ли там некий мемориал, еще предстоит продумать»…

Похоже, что шанс пережить развитие Минска у переживших войну когда-то 38-ми зданий есть только у двух: казармы и автомастерской: «Трехэтажную казарму, где был лазарет, можно отреставрировать и приспособить под новые функции, например культурно-образовательные, разместить музей. Здание бывшего клуба тоже решено оставить. Необходимо придать зданию казармы-лазарета также статус историко-культурной ценности с включением территории с восточной стороны, где находился плац лагеря. На плацу совершались экзекуции, была сооружена виселица, часто расстреливали. Детальным планом здание и территория плаца сохранены как зеленая зона». Всё это со всех сторон будет застроено многоэтажными домами, дорогами, развязками...

Там, где люди зарабатывают миллионы долларов, замолкают речи о Родине, патриотизме, героях, войнах, памяти, жертвах (тем более о жертвах «второго сорта», как это происходит сегодня вокруг Куропат, где нашли свой последний приют тела жертв сталинских репрессий, а не героев). Это в перенаселённых Германии и Польше хватает места, чтоб создавать музеи на месте невероятного человеческого страдания и жертв. В Минске такого места нет!

Понятно, что застройщики всегда хотят купить подешевле и продать подороже. Да и покупатели сейчас не суеверные и не боятся получить в комплект к шикарным квартирам 80.000 призраков под окном. "Это дом стоит на месте тифозного барака", "Здесь были расстреляны тысячи военнопленных и гражданских", "Под вашим окном идёт дорога, по которой тысячи трупов отвезли на кладбище", "Здесь во время эпидемии тифа человеческие трупы складывали в горы, не успевая хоронить" - приблизительно так должна выглядеть реклама новых домов. Конечно, с соответствующими картинками, благо их сохранилось достаточно, чтоб представить какой ужас царил на этом месте в 1941-44 годах. 

Хотя в нашей стране и произносится по привычке лозунг «Никто не забыт, ничто не забыто!». Хватит с вас, 80.000 сынов советского народа, Вечного огня (благо, что газ у нас дешёвый). Целый музейный лагерный комплекс в Минске — это слишком дорого. Слишком много было на белорусской земле лагерей, сожжённых деревень, мест захоронений жертв нацистских и коммунистических режимов… А память, как и Минск, не резиновая!

 Автор текста и фото Дмитрий Дрозд

Статьи по теме

  • 16.09.2017

    12 фактов из истории «Володарки», которые нужно переписать

    Автор: Дмитрий Дрозд СИЗО №1 города Минска – место, где на стадии следствия содержалось большинство белорусских политических заключённых, в том... Читать далее

  • 29.05.2015

    12 неизвестных фактов из истории «Володарки» (продолжение)

    (Начало)  Дмитрий Дрозд Уделим внимание Рудольфу Пищалло, взявшему 200 лет назад подряд на строительство Минской тюрьмы. О нем тоже ходило много... Читать далее

Обратите внимание

Полезное видео

Публичный источник пополнения базы данных нарушения прав человека в Республике Беларусь
Заполните форму на нашем сайте. Пришлите ее нам. Собираем документы вместеПодробнее
15 лет и полное молчание

Наши партнеры